© 2016 THE MEN'S BOOK

Социальные сервисы для мужчин: невидимые клиенты

Длительное время основой понимания гендерного равенства в сфере социальной защиты населения было внимание, сосредоточенное, в основном, на оказании социальной помощи женщинам и это можно было бы объяснить, так как женщина и является основной жертвой гендерной дискриминации. Это позволило многим полагать, что и гендерные аспекты социальной политики относятся только к женщинам и детям, в меньшей степени касаясь мужчин. Только со временем пришло понимание роли и ответственности мужчин в отношении достижения гендерного равенства. Но это понимание, еще не всегда реализуется на практике. Изучая систему социальной защиты населения, социальные услуги, оказываемые населению в целом, мы хотим сосредоточить свое внимание на мужчинах, не только как на группе повышенного риска, но и как на своеобразном индикаторе наличия элементов гендерной политики в сфере социального обслуживания населения.

В связи с этим стоит отметить, что мужчины часто невидимы в области социального обслуживания, не являются клиентами реализуемых программ, направленных на работу с социально-уязвимыми слоями населения.  Есть несколько причин, почему это происходит. Традиционный взгляд на мужчин рисует их сильными «мачо», не нуждающимися в социальной защите, не обращающихся и не принимающие социальную помощь. Социальные работники, только закрепляют эти гендерные стереотипы, если не признают, что мужчины, не зависимо от того, какой ущерб они нанесли, также нуждаются в социальной помощи и поддержке. Считая, что женщины и дети более бесправны, более уязвимы, они сосредотачивают свои усилия на оказании помощи им, как отдельным категориям клиентов социальных служб. Однако, исключив мужчин из числа клиентов в процессе социальной реабилитации жертв, возможно, мы вновь делаем жертвы еще более уязвимыми [1]. 
 
Рассмотрим, как видятся социальная работа с мужчинами в социальных службах города. По состоянию на 01.01.2013 года в Санкт-Петербурге насчитывается пятьдесят семь государственных бюджетных учреждений, осуществляющих социальное обслуживание населения и подведомственных администрациям районов города. Нас интересуют учреждения третьего типа, это шестнадцать районных центров социальной помощи семье и детям (из которых один городского подчинения) и семь социально-реабилитационных центров для несовершеннолетних. Деятельность их многопрофильна, в их структуре организованы отделения и службы, работающие с различными категориями населения, в том числе с семьями и детьми, находящимися в трудной жизненной ситуации, с женщинами, попавшими в трудную жизненную ситуацию. Работа организована как в нестационарных формах социального обслуживания, так и в стационарных (кризисный центр, квартиры-убежища и т.д.). Все они различаются по масштабу, объему оказываемых услуг, но можно отметить, что оказание всех видов социальных услуг, связанных, как правило, с вопросами защиты детей, хотя и реализуются теоретически для «всех», с гендерной точки зрения, крайне незначительно сориентированы на работу с мужчинами, как клиентами социальных служб.
 
Принимая в 2006 году «Концепцию развития системы социальной защиты населения Санкт-Петербурга», главными целями реализации социальной политики было заявлено сокращение масштабов бедности, стабильное повышение качества жизни всех слоев населения Санкт-Петербурга и снижение социальной напряженности в обществе [2]. На наш взгляд, достижению этой цели должно было служить принятие мер совершенствования социальной сферы и повешение качества социального обслуживания при переходе к адресности социальных услуг. Каким же образом были учтены мужчины, как получатели социальных услуг, при разработке стандартов и нормативов социального обслуживания, мы можем увидеть, изучив нормативы, применявшиеся до 01.01.2015 года [3]. Например, стандарт № 44 «Стандарт социальных услуг, предоставляемых несовершеннолетним, находящимся в социально опасном положении, в нестационарной форме в учреждении социального обслуживания». Он содержит пятьсот сорок социальных услуг для подростка, из которых только двадцать социально-правовых услуг можно отнести к работе с семьей (отцом, матерью), в которой ребенок находится в социально-опасном положении. Это услуги, направленные на консультирование по вопросам пенсионного, жилищного, семейного и других видов социального законодательства, связанного с правами и законными интересами клиентов. В стандарте социальных услуг, предоставляемых несовершеннолетним матерям с младенцами и несовершеннолетним беременным, в нестационарной форме в учреждении социального обслуживания содержится пятьсот три социальные услуги. Предусматривает ли этот стандарт работу психологов, социальных работников и педагогов с отцом ребенка? Возможно, ведь тридцать восемь предлагаемых услуг, пожалуй, можно рассматривать в таком ключе. Это:
-    консультирование по развитию родительской культуры (индивидуальное и групповое) – шесть социально-психологических услуг;
-    содействие в обеспечении безопасной психологической среды в семье несовершеннолетней матери и ребенка - четыре социально-психологических услуги;
-    проведение занятий по коррекции социально-педагогической защищенности – двадцать четыре социально-педагогических услуги;
-     консультирование несовершеннолетних и их семей по вопросам пенсионного, жилищного, семейного и других видов социального законодательства, связанного с правами и законными интересами клиентов включает четыре социально-правовых услуги [4].
 
Представлялось, что наиболее полно возможность организовать социальную работу с мужчинами можно было при реализации «Стандарта социальных услуг, предоставляемых семьям, находящимся в сложной жизненной ситуации, с несовершеннолетними детьми, в нестационарной форме в учреждении социального обслуживания». Этот стандарт содержал четыреста сорок восемь видов социальных услуг. Среди них на проведение психологической коррекции (индивидуальное и групповое) отведено десять социально-психологических услуг, на проведение социально-психологических тренингов по развитию социально-бытовых навыков – двенадцать услуг и даже на организацию занятий в хореографической студии отводилось сорок восемь социально-педагогических услуг. Какое количество услуг было отведено на работу с насилием в семье? Одна социально-правовая услуга в виде «Содействия в привлечении к уголовной ответственности виновных в психическом и физическом насилии над клиентами социальных служб».
 
Еще заметнее отсутствие социальной работы с мужчинами, как клиентами социальных служб, в предлагавшихся к реализации стандартах социальных услуг, предоставляемых женщинам, пострадавшим от любых форм насилия, в нестационарной форме в учреждении социального обслуживания.  (№ 55). Изучая этот стандарт, понимаешь, что страдания женщин от насилия еще не скоро прекратятся. В стандарт, содержащий семьдесят видов социальных услуг (из которых двенадцать – это наблюдение за состоянием здоровья (измерение температуры тела, определение артериального давления и др.), на содействие в получении бесплатной юридической помощи в соответствии с действующим законодательством» отведена одна социально-правовая услуга, на оказание помощи в написании заявлений, обращений, жалоб также всего одна услуга. Можно предположить, и надеемся, что специалисты социальных служб с нами согласятся, что женщины, ставшие жертвами насилия, заслуживают получения больших возможностей от государственных служб на безопасность и защиту. Если же социальная служба, работающая с лицом, пострадавшим от всех видов насилия, а в конкретном примере - с женщиной, изначально не сориентирована на работу с мужчиной, применившим насилие, если в самой системе отсутствуют службы и специалисты, ведущие такую работу, то в чем состоит смысл рациональности производимых затрат? И если принимаются решения, изначально гендерно-несбалансированные, разве мы не должны добиваться их изменения? На наш взгляд, отсутствие стандартов и нормативов социальной работы с мужчинами, только ведет к увеличению случаев насилия в семье, насилия в отношении детей, ухудшению положения самих мужчин, при том, что создание социальных сервисов для мужчин, не означает оправдания их насильственных действий. Этим мы вовлекаем их в процесс перемен в своей судьбе, в интересах его детей, его семьи, его самого. 
 
Есть еще одна причина, обуславливающая отсутствие региональных стандартов социальных услуг для мужчин. И в этом нет вины региональных органов власти, разрабатывающих и принимающих эти стандарты. Их разработка основана на действующем федеральном законодательстве и, что не менее важно, на установленных ГОСТах и правилах применения национальных стандартов Российской Федерации. Изучив ГОСТ Р 52885-2007 «Социальное обслуживание населения. Социальные услуги семье», мы увидим, что в нем также не выделены социальные услуги для мужчин, как членов семьи, но при этом, например, при организации консультирования по социально-правовым вопросам (семейно-брачное, гражданское, жилищное, пенсионное законодательство) выделены другие социальные группы; дети, женщины и инвалиды. Мы можем обратить внимание и на наличие ГОСТ Р 52886-2007 «Социальное обслуживание населения. Социальные услуги женщинам» и отсутствие такого ГОСТ, как «Социальные услуги мужчинам». Таким образом, уже на начальном этапе подготовки региональных стандартов социального обслуживания населения, основанных на национальных стандартах Российской Федерации, мужчины не видимы как клиенты социальных служб. Из этого складывается гендерный парадокс: в то время, когда мужчины являются привилегированной группой во многих сферах нашей жизни, социальная сфера не видит в них клиентов социальных служб, нуждающихся в помощи и поддержке. А ведь социальную проблему для семей и окружения представляют мужчины:
- совершающие насильственные действия в отношении членов семьи; 
- нарко- и алко- зависимые отцы семейств;
- вышедшие из мест лишения свободы;
- переживающие кризис, связанный с экстремальными ситуациями (участники боевых действий, жертвы религиозных сект);
- жертвы трудового трафика;
- жертвы межэтнических конфликтов; 
- с семейными проблемами (развод, кризис во взаимоотношениях с детьми, с женой).
И если государственные социальные службы не получают финансирования социальных услуг для мужчин в связи с отсутствием законодательно утвержденных стандартов, то какая структура региона отвечает за сохранение мужчин в семье, за здоровье мужчин, работает на предотвращение ранней смертности мужчин, рискованного поведения, оказывает им помощь в воспитании детей. Не разово, не в рамках клуба, а целенаправленно и систематически, в рамках государственной социальной политики, в целях достижения гендерного равенства. Но и это вопрос о том, действительно возможности региона ограничены и что можно сделать за пределами принятых стандартов? Работа правительства Санкт-Петербурга показывает, что у регионов есть все возможности для организации социальной работы с мужчинами через принятие региональных программ, что позволяет привлечь к оказанию социальной помощи некоммерческий сектор и институты гражданского общества: муниципальные образования, общественные и религиозные организации, общественные объединения родителей. Примером организации работы в таком формате является организация работы с отцами, предложенная в принятой в 2012 году Концепции семейной политики в Санкт-Петербурге на 2012 – 2022 годы [5]. В разделе «6.4. Развитие системы семейного воспитания, образования, формирование семейных ценностей, повышение родительской и социальной компетентности семей с детьми» запланировано: 
- развитие программ повышения родительской компетентности и поддержки для отцов (папа-школы, клубы одиноких отцов, группы встреч и др.), повышение их доступности для молодых отцов всех районов города;
- развитие программ, направленных на укрепление ответственного отцовства, усиление роли отцов в воспитании детей;
- развитие системы первичной профилактики семейного неблагополучия и насилия в семье.
 
Принятие региональной программы позволило начать бюджетное финансирование дополнительных социальных услуг, не прописанных в стандартах социальных услуг, и организовать оказание их как государственными, так и негосударственными организациями. 
 
Исходя из этого, представляется, что управление органами социальной защиты региона может внести коррективы в свою деятельность, и, изучив все имеющиеся возможности организации социальной работы с мужчинами, внести коррективы в общие направления политики социального обеспечения населения. Это позволит:
-    увеличить представительство мужчин в кадровом составе социальных служб, особенно важно привлечь специалистов-мужчин к работе с группами риска;
-    выйти за пределы работы с мужчинами только в рамках социальных служб, наладив работающие модели межведомственного взаимодействия;
-    при реализации рациональных наборов социальных услуг на практике, предусматривать равное предоставление социальных услуг и отцам, а не только матерям, особенно при организации работы с несовершеннолетними, находящимися в социально опасном положении;
-    вести статистику, определяющую не только общее количество оказанных социальных услуг, но детализировать сколько услуг оказано мужчинам, женщинам, детям;
-    пересмотреть оценку качества социальных услуг, подвергнув ее гендерному анализу и гендерной коррекции;
-    дополнить перечень национальных стандартов Российской Федерации, стандартом оказания социальной помощи мужчинам.
 
Использованная литература:
1. Еремин Н. Социальные сервисы для мужчин: невидимые клиенты // Материалы международной научно-практической конференции «Реализация гендерной политики: от международного до муниципального уровня», Санкт-Петербург, 21 октября 2010 г. Санкт-Петербург: Электронный документ тезисов конференции доступен: https://www.hse.ru/data/2011/03/13/1208129712/norden-tezisy-konferentsii.doc
2. Постановление Правительства Санкт-Петербурга от 16.05.2006 № 559 «О Концепции развития системы социальной защиты населения Санкт-Петербурга на 2006-2010 годы»
3. Об отдельных мерах по реализации Закона Санкт-Петербурга "О государственных стандартах социального обслуживания населения Санкт-Петербурга" (с изменениями на 16 сентября 2008 года) (утратило силу с 22.01.2015 на основании постановления Правительства Санкт-Петербурга от 29.12.2014 N 1283)
4. Там же, 47 Стандарт социальных услуг, предоставляемых несовершеннолетним матерям с младенцами и несовершеннолетним беременным, в нестационарной форме в учреждении социального обслуживания.
5. Постановление Правительства Санкт-Петербурга от 10 июля 2012 г. N 695 «О концепции семейной политики в Санкт-Петербурге на 2012-2022 годы».